Москва. 11 Декабря 2018 года. Вторник
ЦБ РФ   $ 66.2416    € 75.7075
proprotein

Цикл открытых интервью в «Благосфере» с общественными деятелями, экспертами, политиками и писателями продолжился беседой с деканом экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова Александром Аузаном.

auzan

Разговор об универсальности европейских ценностей – это непростая тема. 

Если сравнить преамбулы конституций ведущих европейских государств, то можно обнаружить различия, а американские свобода собственности и право на счастье, прописанные в конституции, – это не то же самое, что французская «свобода, равенство и братство».

Я верю в те ценности, которые мы можем изучить и сопоставить. 

Какая универсальность существует в мире, с моей точки зрения? В 1932 году Джон Мейнард Кейнс посетил СССР и после этого написал статью о невозможной трилемме. Он сказал, что невозможно одновременно максимизировать свободу, справедливость и эффективность. Это атомы, из которых строятся довольно различные социоэкономические и социополитические системы. В одной руке можно удержать два шарика, но не три.

Где проходит граница между ценностно-поведенческими платформами? 

Возьмем, например, отношение к самоубийству. Западные европейцы чаще отмечают, что самоубийство может быть оправдано, а люди из евразийского пространства и индийцы с китайцами с этим не согласны. Есть границы, которые разделяют группы стран, есть культурные дистанции.

Россия – не отдельная цивилизация, она близка к постсоветским странам, кроме, пожалуй, Узбекистана. 

Мы вышли из греко-христианской цивилизации, которая в свое время разделилась на Западную Римскую и Восточную Римскую империи. С моей точки зрения, мы принадлежим к наследникам Византии, а не Орды.

Безусловно, мы часть Большой Европы. 

Но Большая Европа – это явление двухъядерное. Раскол, который произошел в Западной и Восточной Римской империях, позже закрепился церковным расколом. По-разному работают право и суд, по-разному соотносятся религия и государство. Невозможно интегрировать Европу на западно-римских основаниях, на основании примата права. Потому что восточно-римские основания выглядят несколько по-иному. Восточная империя просуществовала на тысячу лет дольше западной, она нашла механизмы, как применять единый закон к очень разным культурным группам, религиям и тенденциям. Были выработаны специфические ценности и институты.

Нас ждет общее будущее: либо Большая Европа, либо общее поражение. 

Но, на мой взгляд, в ближайшее время, ближайшие пять лет, сближения не будет. Но в ближайшие 20 лет сближение евразийской части и западно-римской части Европы будет. И это сближение будет серьезным.

Я не разделяю точки зрения про особый путь России. 

У нас есть черты сходства с другими нациями, есть и черты различия. Где-то жарко, где-то холодно, и вы учитываете это, например, при строительстве. То же самое, если у вас есть культурная почва, на которой вы строите институты, то они будут выглядеть по-разному.

Сегодня миры «разбегаются» и существенную роль играют такие территории, как Гонконг или Сингапур, – анклавы, где используются альтернативные режимы регулирования. Есть пример Казахстана, где была принята поправка к конституции и часть Астаны была выведена из-под действия казахстанского законодательства. Там оказалось возможным ввести принципы не континентального, а общего права, которое является значительным элементом эффективности в англо-саксонских системах. Казахи использовали английское право и были не первыми, кто это сделал, не имея к нему исторического отношения – раньше также сделал Дубай.

Глобализация – это не линейный процесс, а волнообразный.

 Наивысшая точка глобализации была достигнута в 1913 году, а до этого – в 1890 году. После этого шли спады. Два спада были связаны с мировыми войнами. Сейчас мы живем в период «отлива» глобализации. Наступает «зима», миропорядок осыпается. А консолидируется он «весной» и «летом», когда идет колоссальное сближение стран. Это движение связано с тем, что возрастающая связанность хозяйственной жизни натыкается на необходимость координироваться вместе, а совместная координация натыкается на культурное многообразие. Процесс наталкивается на преграду и начинает обратное движение в региональные блоки. Но позже они снова начинают сближаться. Сейчас миропорядок будет сыпаться, но новый прилив начнется через пять-семь лет.

Самое страшное, что может произойти в условиях отлива глобализации, – это мировые войны. 

Именно они произошли на двух спадах. Наша главная задача – выстроить систему минимальной взаимной безопасности, чтобы избежать мировой войны, которая может начаться случайно и которой, на самом деле, никому не хочется. Но сегодня мы находимся в ситуации, похожей на 1914 год.

Времена меняются, меняются ценности. 

В России есть определенная динамика. Девяностые прошли под знаком свободы, но позже мы начали движение от этой ценности. Сейчас в тренде консервативные ценности, связанные с эффективностью, направленны на то, чтобы нация утвердилась. И не важно, какими способами. Я боюсь, что если в будущем справедливость не будет становиться ценностью достаточно плавно, то это опять взорвет ситуацию.

Цикл открытых интервью – часть проекта «С европейской точки зрения», реализуемого экспертной группой «Европейский диалог» и представительством Европейского союза в России при поддержке Фонда имени Конрада Аденауэра. Организаторы цикла планируют пригласить на следующие встречи президента Московской высшей школы социальных и экономических наук Теодора Шанина, главного редактора журнала «Новое литературное обозрение» Ирину Прохорову, писателя Светлану Алексиевич и других экспертов, политиков и общественных деятелей. Цикл стартовал с беседы с послом Евросоюза в России Маркусом Эдеререром.

Источник: АСИ 

 

 


Опубликовано: Воскресенье. 18 Ноября 2018 года
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ ...

Среда. 29 Августа 2018 года
Суббота. 07 Октября 2017 года
Суббота. 21 Октября 2017 года
Вторник. 31 Октября 2017 года
Понедельник. 31 Июля 2017 года
Пятница. 20 Октября 2017 года
Вторник. 27 Июня 2017 года
Пятница. 04 Августа 2017 года
Пятница. 07 Июля 2017 года
Пятница. 27 Апреля 2018 года
Реклама
Реклама
Реклама